– Ну что, гребаный паук, все сделал? – с такого приветствия каждый день начинались мои армейские будни, потому что так их начинал мой начальник оперативного отдела.

– Так точно, товарищ майор, здравия желаю! – говорил я и подавал ему планы, расчеты и еще кучу всякой ерунды, сделанные по его приказу.

– Молодца, Шурко, молодца! – приговаривал он, разглядывая проделанную мной за полночи работу.

Я всматриваюсь в его лицо внимательно. Только на нем можно увидеть, чего ждать в следующую секунду, только по нему можно узнать, как себя вести в следующий миг.

– Молодца! – И вдруг дернулась щека. Все. Конец.

– Гребаный ты паук, в слове хуй четыре ошибки. Ты мне скажи, кто из нас тут мудак, ты или я?

– Товарищ майор, здесь таких нет! – чеканю я.

– Нет, ты, бля, отвечай конкретно, ты или я?

– Товарищ майор, учитывая нашу образованность, я думаю.

– Ты, бля, ни хуя вопрос не понял, я спрашиваю, бля, последние три раза, кто из нас.

Я думаю, что читатель, примерив на себя мою шкуру, поймет, как решилась дилемма.

– Ты куда эту цифру вхуячил?

– Так вы сами вчера мне сказали, чтоб я именно здесь ее поставил.

– Твою мать, точно, вспомнил, да ты садись, Шурко.

А я все на лицо смотрю, что еще там? Но вроде обошлось. И мало того, сел товарищ майор в кресло и как-то даже подрасцвел.

– Я, Шурко, ремонт дома делаю. Собираюсь шкаф в коридоре запиндюрить. Вот ты мне скажи, если я в нем полку так-то, так-то сделаю, нормалек будет?

– Думаю, зерно здравого смысла в этой идее есть! – отвечаю я.

– А вот дверь шкафа у меня сталкивается с входной. Если я так-то, так-то сделаю? Как ты думаешь?

– Ну, я думаю, что здесь иначе и не поступить.

После того как мы совместными усилиями почти установили мебель, неожиданно раздается очередной вопрос.