Не по статистике, по своему личному наблюдению, все-таки почти всю войну я пробыл на фронте не пехотинцем, но с пехотой: там, в пехоте, у командира роты и ближе, в траншее, или на высотке, на переднем ее скате, обращенном к противнику, там – место командира взвода управления, корректирующего огонь батареи, так вот по моему наблюдению евреев – пехотинцев в процентном отношении ко всему населению было меньше, чем русских. Не удивлюсь, если окажется, что и русских в процентном отношении к населению было в пехоте меньше, чем, скажем, узбеков, таджиков, киргизов, туркмен. Вот же, повторяю, пишет директор музея "Сталинградской битвы", что под Сталинградом солдаты из Средней Азии и с Кавказа составляли больше половины сражавшихся. А ведь немало из них и русского языка не знали, команды, в том числе – в атаку передавали через переводчика. Таков был и результат. Не потери убитыми и раненными, а – результат. В пехоту гнали, в первую очередь, крестьян. И не нация тут решала, а – уровень образования.

Талантливых людей, самородков, скажем, в русской деревне было, возможно, не меньше, чем в городах, да вот уровень образования отличался. У немцев танкисты были, в основном, не крестьяне, а рабочие, наши "братья по классу".

А у нас к концу 42-го года стали отзывать с фронта сталеваров, в тылу они были нужней чем на фронте. Исследователь, если он действительно исследует, а не искажает историю, не может не понимать всего этого, не знать.

Теперь – о генералах. В книге английского историка Алана Кларка "План "Барбаросса", переведенной у нас, изданной в серии "Вторая мировая война", есть любопытный момент, приведу несколько цитат. Идет наступление немцев на Москву. Еще к сентябрю мы потеряли 18 тысяч танков, то есть почти все танки, а было их у нас столько же, сколько у немцев да еще у всех стран Европы вместе взятых в придачу. Потеряли 14 тысяч самолетов. Цитирую: "На этой стадии у Жукова оставалась только одна самостоятельная танковая часть, 4-я танковая бригада полковника Катукова… она оставалась единственной ударной группой между Окой и Мценском, в разрыве шириной почти 70 миль.