Оглянемся назад. Попробуем беглым взглядом окинуть историю советского куприноведения, творчество отечественных биографов Куприна.

"Наш" или "не наш"?

Советская критика не обходила вниманием его жизнь и творчество. Хорошо это для авторов или плохо, многих других десятилетиями замалчивали, будто их на свете не было, Куприна -- никогда. Но взгляды и деятельность писателя освещались на разных этапах по-разному.

Первым Куприна взвесил и оценил разъездной агент "Искры", которого Ленин назвал одним из "главных писателей-большевиков". Это был Вацлав Воровский, печатавшийся под экзотическими псевдонимами Жозефина, Фавн и Профан. Позже недоучившийся инженер Воровский стал именоваться "одним из создателей марксистской художественной критики в России". Есть все основания назвать Жозефину-Фавна-Профана одним из первых советских куприноведов, научный метод которого весьма прагматичен и, я бы сказал, целеустремлен.

Взятый у Ленина, этот метод оценки явлений литературы стал впоследствии универсальным, обеспечивая по сей день бесхитростное просвечивание любых произведений искусства. Он был записан и в уставы творческих союзов, например, в устав Союза писателей СССР. Суть его -- польза для дела партии в данный момент.

Куприн-прозаик в жестких и нелицеприятных тонах описывал окружающую его "буржуазную" действительность. В "Поединке" обнажил, в "Яме" разоблачил, в "Молохе" осудил, в "Анафеме" пригвоздил. К тому же Куприн до революции печатался в издательстве "Знание", руководимом Горьким. Это дало основание Воровскому одобрить Куприна с точки зрения его приемлемости для пролетарской революции.

Хотя Воровский и пожурил Александра Ивановича за то, что в его произведениях звучит отвратительный "общечеловеческий гуманизм", а классового подхода к явлениям нет, все же, по мнению разъездного агента "Искры", у Куприна можно разглядеть прогрессивную "борьбу новых социальных начал".