Фаркуар-Томпсон обмолвился в разговоре с Шейлой, что Чарли просила не сообщать нам о случившемся. Она не ждала от нас никакой помощи. Это беспокоило меня. Сейчас она нуждалась в нас больше, чем когда бы то ни было, – но так и не смогла простить. Впрочем, МИД все равно уведомил нас. Дело было отчасти политическое, отчасти экономическое – кто-то же должен оплатить услуги адвоката.

Обычно я стараюсь добросовестно выполнять работу, но в тот день поспешил домой – пораскинуть мозгами. Домом я называю свою холодную конуру. За три месяца я так и не сумел здесь обжиться. Шейла – добрая душа – пришла и повесила у меня занавески. Шкаф я так и не собрал, и одежда свалена на полу.

Прихватив бутылку солодового виски, я перешагнул через коробки и направился к кровати, хотя времени было только четыре часа с минутами. Мне вспомнился день рождения Шарлотты. Я присутствовал при родах. Рождение моего сына Фила я пропустил – вероятно, из трусости. Но был в больнице, когда на свет появилась Шарлотта, и у меня будто все еще кружилась голова от крови, лекарств и азота, которым был насыщен– воздух, когда акушерка увезла

Шейлу и сунула Чарли мне в руки, оставив нас одних в родильной палате.

Это особый миг. Вы держите в руках хрупкую жизнь и слышите – тик-тик-тик – новый звук, заполняющий вселенскую пустоту.

Чарли взглянула на меня и моргнула. Так моргают зверюшки у Диснея, и – без причины – я разревелся. Горячие счастливые слезы текли у меня по лицу, хотя внутренний голос твердил: перестань сейчас же, болван, они через минуту вернутся. Прошло двадцать два года, с тех пор я ни разу не плакал. А теперь не мог, просто не мог забыть об этом и, лежа в кровати в четыре часа пополудни, снова начал всхлипывать. Жизнь Чарли началась и заканчивалась моими слезами. Я так хотел обнять ее. Я так хотел обнять мою маленькую девочку.

3

В четверг я играл в бильярд с этим старым хрычом Миком Уильямсом. Бильярд – одна из тех игр (вроде покера или дротиков), в которой игроки, на первый взгляд увлеченно разговаривающие, на самом деле создают лишь видимость общения. Стоит кому-то начать всерьез обсуждать хотя бы результат футбольного матча, игру приходится останавливать.