Из машинного двора одна за другой выскакивали машины, обдавая кирпичную стену талым снегом пополам с мазутом. В окошке сторожки на незнакомого парня пялились женские лица, сморщенные в приступах едкого смеха. Мимо пробегали взъерошенные механизаторы, рабочие и специалисты. Различались они только по степени чистоты одежды. Артем торчал на проходной уже второй час. На территорию мехдвора посторонних не пропускали, зато свои работники фланировали вполне свободно. Даже не обладая каким-то сверхъестественным чутьем, он определил, что мимо него уже пронесли половину ящика чернила.

Наконец, вдалеке показался Наждачный. Артем свистнул ему, но сосед, вопреки логике, тотчас спрятался за стоящий на стоянке комбайн и принялся из-за него выглядывать.

– Солярка нужна? - спросили у Артема из-за забора.

– Нет, - лаконично ответил он.

– А что нужно? - запах перегара доносился сквозь слой плотно уложенных кирпичей и связующий их раствор.

– Наждачного позови, - нетерпеливо сказал Артем.

– Хули его звать, - сплюнули за забором, - вон он сам идет. Тебе солярка точно не нужна? За пузырь «чарлика» десять литров отдам.

– Я те отдам! - раздался другой голос, более хозяйский, - ты, Санек, прекрати херней маяться. Из-за тебя, козла, за топливо никто нормальную цену не платит. Давай свою соляру, а я тебе на вино выделю.

Голоса, переругиваясь, отдалились и пропали. Из проходной показался сконфуженный сосед.

– Ты эта, Артем, - нерешительно начал он, - директор сегодня в область уехал. Скоропостижно, мать его! Ты эта… завтра приходи! Я главному тебя уже рекомендовал. Он тебя помнит.