Оба, и Курт, и тощий в форме, мокрые и дрожат с перепугу и от холода. Гуннар поскорее дает им шерстяные одеяла и обжигающе горячий кофе.

Представив себе, что бы с ним сталось, не окажись поблизости Курта, тощий сперва недолго плачет.

Ты спас мне жизнь, говорит он.

Было дело, спас, отвечает Курт.

Нет, ты спас мне жизнь, повторяет тощий.

Не волнуйся, я слышу с первого раза, говорит Курт.

А с чего вдруг ты спал на пристани? спрашивает он.

И тощий рассказывает им, что его зовут Георг и что он служит матросом на огромном лайнере, только что пришедшем из Южной Африки. Вообще-то он должен был уехать домой, у него несколько недель отпуска, но он до того устал, что заснул, как только сошел с трапа. И не успел даже позвонить вызвать такси. Он всегда возвращается из долгих рейсов уставшим донельзя, потому что на корабле по ночам он вместо того, чтобы спать, треплется с другими матросами и веселит их анекдотами. Но так чудовищно, как в этот раз, он еще никогда не уставал. Это точно, поскольку заснул прямо на причале он впервые. Ты уж постарайся в следующий раз возвращаться домой не таким уставшим, советует Курт. Надо будет попробовать, соглашается Георг.

Он выпивает кружку кофе и вытирает слезы. Жизнь начинает налаживаться. И Георг уже не дрожит от запоздалого страха. Он радуется, что все кончилось так хорошо, когда могло кончиться так плохо. Потом Георг развязывает рюкзак и вытаскивает большую мокрую кожаную торбу, стянутую у горловины веревкой. Открыв торбу, он достает из нее ребристый стеклянный на вид камень размером с футбольный мяч.