Мы сидели с Катей на диване в ее комнате. Между нами стояла ваза, полная грецких орехов, которые я колол щипцами и делил поровну между собой и Катей. Мы уже успели сходить в кино; потом Катя пригласила меня к себе. Я сперва отказался, опасаясь встречи с ее отцом и бабкой. Но Катя все же уговорила меня.

– Отец что? Работает? – поинтересовался я между прочим.

– Угу, – кивнула Катя. – Работает. Пишет чего-то…

– Охота ему целый день за столом сидеть?! – удивился я. – Пошел бы лучше в футбол погонял.

Катя засмеялась.

– Представляю своего папу играющим в футбол, – сказала она.

Я тоже улыбнулся.

– Зрелище, конечно, не для слабонервных.

Катя шлепнула меня по голове.

– Хватит!

– Виноват. – Я протянул ей очередной орех.

– Не хочу больше.

Я пожал плечами и сам слопал орех.

– А на инструменте ты играешь? – Кивнул я на рояль, стоявший рядом с диваном.

– Занималась когда-то… – сказала Катя.

– Ну, сыграй чего-нибудь, – попросил я.

– Не хочется…

– Сыграй, я спою…

Катя заинтересовалась этим предложением и спросила:

– Как я буду играть, если не знаю, что ты будешь петь?

– Да мне все равно, какой мотив… Играй что-нибудь блатное.

– Ладно… – Катя потянулась, встала, еще как-то вся изогнулась, как кошка после долгого сна, встряхнула головой и села на стул перед роялем. Я ногой подцепил другой стул и пододвинул его к себе.

– Я буду стучать на нем, за ударника, – пояснил я.

– Валяй стучи, – согласилась Катя.

– Ну, давай…

– Я даже не знаю… Давай лучше с тебя начнем…

– Нет, нет, играй, а я потом вступлю…

Катя вздохнула и ударила по клавишам.

– Ну! – сказала она, сыграв вступление.

– Это что-то не то. Мотив неподходящий.

– Ну, я не знаю, какой тебе нужен. Ты сперва спой, а я подберу.

– Как же я буду без музыки петь?

– А так я не знаю, что играть…

– Ладно, я сейчас напою тебе, а ты подыграй на фоно. – Я откашлялся, на минуту задумался, потом запел. Первый куплет пошел у меня как по маслу. Вот он: