....А дождь шел всю ночь. А потом весь день. Мокро, грязь под ногам хлюпает, да и под носом тоже. Нет, не грязь, а сопли. Простыл я. Почему, говорите, не лечусь? Я б вылечился, да кого на хер это волнует и кто ж меня, шелудивого, лечить-то станет? Армия. Солдат много, людей еще больше, ну помрет один от простуды, и что с того? Бабы есть, нарожают, дело нехитрое. Арифметика простая, математика не высшая, так себе, уровень бухгалтера, составляющего отчет паршивому магазинчику. Да, я представиться забыл. Солдат срочной службы, призван сразу после института, разжалованный из сержантов не далее как полтора месяца назад за пьяное безобразие, и попытку хищения (удачную попытку, весьма удачную, надо сказать) курицы у местного населения. Местное население. Кулацкие рожи, куркули херовы, чуть чего "беженец я, гачгынам", мяня льгот дюшюрь. Нет, я не в том смысле, что кража курицы был актом, несущим пролетарский оттенок (гы-гы, пролетарий, в смысле, в пролете, как фанерка над...не, не Парижем, а... во, над Гедабеком - абсолютно правильное сравнение. Значитца, лечу это я над Гедабеком, одиннадцатый месяц, полет нормальный), или, там, против беженцев чего, (кстати, в отчете была попытка зафиксировать данное деяние как "кража мелкого...рогатого скота", а когда я вежливо указал на отсутствие у кур рогов, меня капитан Сейфуллаев обложил самым по его мнению страшным ругательством: "Грамотный, да? Саваддысан, ааа, кёрюрям!". Ну, нет рогов у кур, не бывает, и моё образование, или его отсутствие тут не при чем.). Ну, выпили, ну пошли с дружком поискать закусить, не всё ж коньяк за три "мамеда" гольем дуть. Да и в чайной нашей кроме него только дорогая "Метакса". Дорогая, сволочь, только писарям да каптерщикам по карману, им до фени, они при бабках. Да и продавщица, Гяшянг-ханум (да, да, так и зовут, не прикалываюсь) божиться, что "Грециядан гялиб, Хязрят-Аббас хакггы, тямиз малдыр, гызымын тойуну гёрмиим!" А это сто пудов.