Честь разговаривать с Додиком выпала Ирочке.

– Слушаю, – произнес знакомый ей гнусавый голос. – Говорите!

– Алло, Додичек. А это я!

– Кто я?

– Ирочка. Из «Разливного».

Судя по сопению в трубке, Додика звонок Ирочки ни капли не порадовал.

– Ну, помню, – произнес он после паузы. – А чего звонишь-то?

– Как же? Ты же меня в гости звал!

– Не звал я тебя!

– С мамой обещал познакомить.

– Ты чего? Вообще, что ли? Ничего такого я тебе не говорил!

– Обещал, обещал! И с мамой, и с папой. А сам взял и уехал. А на меня, между прочим, нападение было совершено. Я чуть не погибла. И выходит, что ты мой единственный свидетель.

Теперь тон Додика изменился. Из удивленного он стал однозначно испуганным.

– Погоди, ты что-то не то говоришь! – залепетал он. – Какое нападение? Я ничего не видел!

– Но ты там был! Уверена, что следователь захочет с тобой пообщаться. Нет, какое все-таки счастье, что я нашла твой телефон!

Додик так вовсе не думал.

– Ты это… того… что ты там насчет следователя говорила?

– А то, что по факту нападения на меня ментами заведено уголовное дело.

– И что?

– И ты будешь главным свидетелем потерпевшей стороны.

– Но я ничего не видел!

– Не важно. Все равно, кроме тебя, поблизости никого не было. Так что лучше уж ты, чем совсем никого.

– Мне эта лабуда с ментами совсем не нужна! – заявил Додик.

– Поздно. Завтра я снова встречаюсь со следователем и дам ему твой телефон.

Тут уж Додик окончательно запаниковал. Встречаться со следователем он активно не хотел. Настолько не хотел, что даже согласился встретиться с самой Ирочкой, чтобы, как он выразился, обсудить и решить эту проблему.

– Вот и отлично, – радостно потирая руки, произнесла Мариша. – Очень даже славно получилось. Придет к тебе на свидание. Там-то мы из него всю правду и вытрясем!