– Я ведь когда от Бориса Львовича удрала, сразу к Валере примчалась! – снова рыдала Ирочка. – Ключи-то и все прочее в бунгало у Бориса Львовича остались. Я же пустая от него удрала!

Запасной комплект ключей хранился у Ирочкиной соседки и у Валеры. Ей бы, дурочке, наплевать на приличия и постучаться к соседке. Но потрясение привело ее к дверям Валериной квартиры. И что самое странное, он ей их открыл. И Ирочка увидела Асю в неглиже, румяную и счастливую, с блестящими глазами, выглядывающую из-за закрытых дверей.

– Это что же тут происходит?! – прошептала Ирочка, холодея и уже отчетливо понимая, что для нее тут все кончено.

– А не пошла бы ты на!.. – откровенно произнес Валера и захлопнул перед носом Ирочки дверь.

Никаких своих ключей от него Ирочка, понятное дело, в тот момент требовать не стала. Не смогла. Упросила очередного доброго человека, чтобы довез до дома. Скромненько постучалась к соседке. Наврала заспанной женщине с три короба. Но в родную квартирку той ночью все-таки попала. И смогла наконец осмыслить случившееся с ней.

Про Валеру она не жалела. Любовь…? То ли и не было ее вовсе. То ли прошла она. Но в последнее время Валера все больше и больше раздражал Ирочку. Да и в быту, и вообще во многом он ее совсем не устраивал.

Возмущало Ирочку только поведение подруги. Да разве же так можно? За ее спиной? Увести мужика? Подло!

Так что на следующий день Ирочка отправилась к Асе. Выяснять отношения и ждать извинений. Но бывшая подруга встретила ее агрессивно.

– Если не отвянешь от моего мужика, я тебе все кости переломаю. У меня брат сидел, а теперь вышел. Сама знаешь. Ему дружков позвать, чтобы тебя измочалили, раз плюнуть! Мне даже платить им ничего не придется. Он и так все сделает, кайфа ради!

Ирочка своей бывшей подружке не очень-то поверила. И предприняла несколько попыток связаться с Валерой. Во-первых, хотела получить назад свои вещи и ключи от своей квартиры. А во-вторых, просто хотела взглянуть ему в глаза. Последнее было явно лишним, но Ирочка была очень расстроена тем, что она считала предательством близких ей людей. И поэтому соображала плохо.