– Скажите, Леонид Аркадьевич, сколько лет у вас в больнице работал Гуницкий? – спросил оперативник.

Зарецкий задумался.

– Лет пять или шесть, – сказал начальник больницы. – До этого он служил в Купчино, в Пятой городской.

– Как складывались его отношения с коллегами?

– По-моему, ровно.

– А ваши с ним отношения?

– У меня не было претензий к Гуницкому. Он был квалифицированным специалистом. Знал свое дело

– Что, на ваш взгляд, могло послужить причиной его смерти? – поинтересовался Ларин.

– Я знаю, что Гуницкий иногда жаловался на сердце… Но, как говорится, вскрытие покажет.

После беседы с главврачом Ларин поговорил с членами бригады, в которой работал Гуницкий.

– Скажите, вы поддерживали отношения с Гуницким во внеслужебное время? – спросил оперативник санитара Трифонова.

– Да, мы иногда выпивали после работы. Знаете, здесь на набережной есть симпатичное кафе «Пять столов», там вкусно готовят мясо…

– Вчера вы выезжали по вызовам вместе с Гуницким? – прервал его Ларин.

– Да.

– Вы забрали на большом проспекте пенсионерку Людмилу Лебедеву? – продолжил оперативник.

– Было такое.

– Какие вещи были обнаружены при женщине?

Трифонов пожал плечами:

– Кажется, зонтик, сумочка…

– Имелись при ней какие-нибудь ценности?

– Мы всегда сдаем под расписку все, что обнаруживаем в карманах умерших больных.

Следующим собеседником Ларина стала медсестра Авдеева.

– Скажите, Ирина, какие отношения у вас были с Гуницким? – спросил оперативник.

– Какие могут быть отношения между начальником и подчиненным? Я выполняла все то, что велел Григорий Борисыч.

– Возникали в бригаде какие-нибудь конфликты?

Авдеева грустно улыбнулась:

– Всякое бывало. Но мы все уважали Григория Борисыча и всегда доверяли ему.

– Вчера, когда ваша бригада подобрала на Большом проспекте Людмилу Лебедеву, какие вещи были обнаружены при ней?