- Хотите чаю? - спросила Люля. - У меня есть кипятильник.

Она не стала дожидаться ответа. Налила воду в кувшин, сунула туда кипятильник. На ней были синие джинсы, точно повторяющие линии тела, все его углы и закоулки. Она легко садилась и вставала, и чувствовалось, что движение доставляет ей мышечную радость.

- А вы женаты? - спросила Люля.

- У меня есть знакомый грузин, - вспомнил Месяцев. - Когда его спрашивают: "Ты женат?" - он отвечает: "Немножко". Так вот я очень женат. Мы вместе тридцать лет.

- Это потому, что у вас есть дело. Когда у человека интересная работа, ему некогда заниматься глупостями: сходиться, расходиться...

- Может быть, - задумался Месяцев. - Но разве вы исключаете любовь в браке? Муж любит жену, а жена любит мужа.

- Если бы я исключала, я бы не развелась.

- А вам не страшно остаться одной, вне крепости?

- Страшно. Но кто не рискует, тот не выигрывает.

- А на что вы будете жить? У вас есть профессия?

- Я администратор.

- А где вы работаете?

- Работала. Сейчас ушла.

- Почему?

- Рыночная экономика требует новых законов. А их нет. Законы плавают. Работать невозможно. Надоело.

- Но у вас нет мужа, нет работы. Как вы собираетесь жить?

- Развлекать женатых мужчин на отдыхе.

- Вы сердитесь?

- Нет. Констатирую факт.

- Если хотите, я уйду.

- Уйдете, конечно. Только выпьете чай.

Она разлила кипяток по стаканам, опустила пакетики с земляничным чаем. Достала коробку с шоколадными конфетами. Конфеты были на морскую тему, имели форму раковин и рыб. Месяцев взял морского конька, надкусил, заглянул в середину.

Со дна стакана капали редкие капли. Люля развела колени, чтобы капало на пол, а не на ноги.

Месяцев поставил свой стакан на стол. Опустил глаза, чтобы не смотреть в эти разведенные колени и чтобы она не увидела, не перехватила его взгляд.

Все было правдой. Он, прочно женатый человек, развлекался во время отдыха с разведенной женщиной. Это имело разовый характер, как разовая посуда. Попользовался и выбросил. Но есть и другая правда. Он, не разрешавший себе ничего и никогда, вдруг оказался во власти бешеного желания, как взбесившийся бык, выпущенный весной из сарая на изумрудный луг. И вся прошлая сексуальная жизнь - серая и тусклая, как сарай под дождем.