Максуд внимательно слушал его. Тем хуже становилась ситуация, тем хуже жилось инспектору. Посреди излияний инспектора Максуд протянул тому конверт с деньгами. На этом инспектор быстро завершил анализ социально-экономического развития страны и, спросив о здоровье детей, удалился.
После него появился Лятиф Аббасов.
- Как твой переезд? - спросил Максуд.
- Нормально, - сухо ответил помощник.
- Это все временно. Скоро получишь хату как надо. Помощник промолчал.
- Как там наша новая линия?
- Через месяц будет готова.
- Давай поднажми. Директор обещал хорошие премиальные. В этот момент по селектору его вызвал к себе в кабинет директор. Гусейн Ибрагимович сидел в кресле, засучив рукава. На левой руке блестели часы.
- "Ролике", - пояснил директор. - Настоящие, позолоченные. Максуд уставился на часы.
- Ну как там кафе?
- Милиция не берется за дело.
- Надо их хорошо подогреть.
- Зачем? Это будет стоить много дороже ущерба. Ведь дело о Мамед-аге стоит дорого.
- Я сказал "надо". Надо, значит надо. Много ты обсуждаешь мои слова. А много сломали?
- Тысяч на пять баксов.
- О!!! Эта сволочь разорит меня! Ты бабки собрал?
-Да.
- Отдашь моему племяннику.
Утром следующего дня на фабрике был переполох. Максуд увидел шесть полицейских "тачек" у входа в административное здание завода. "
Все! Приехали! - подумал Максуд. - Нас накрыли". Он вбежал в кабинет Гусейн Ибрагимовича.
Тучный майор теребил свой огромный галстук, предохранявший его от воспаления легких. Пуговицы едва сдерживали натиск центробежных сил створок рубашки. Максуд вопросительно взглянул на директора.
- Моего племянника убили, - еле выдавил Гусейн Ибрагимович. Майор спокойно произнес:
- Произошло зверское убийство. Нам нужно опросить всех работников завода.