Большинство «каскадовцев», окруживших сейчас подполковника Федорова, были с ним во время самой трагической командировки в Чечню в 96-м году, когда отряд потерял сразу пятерых своих бойцов, трое из которых погибли из-за предательства бывшего командира штурмовой группы – капитана Осокина. Сам Федоров тоже едва не погиб, когда автомобиль, в котором он ехал, подорвался на установленном боевиками фугасе. Однако, получив множественные осколочные ранения, Федоров все-таки выжил. Более двух лет он провел в госпиталях, перенес три сложнейшие операции на тазобедренном суставе, но все-таки сумел вернуться в строй. Правда, военно-врачебная комиссия, узнав о том, что после полученного ранения подполковник буквально заново учился ходить, признала его ограниченно годным к нестроевой службе.

Для офицера ГРУ такое заключение врачебной комиссии было равносильно приказу о его увольнении из военной разведки. Требования, предъявляемые к здоровью сотрудников ГРУ, одни из самых высоких в армии. Однако, когда сразу десять офицеров «Каскада», во главе с майором Кудрявцевым, ставшим вместо Федорова заместителем командира отряда по боевой подготовке, твердо заявили о своем намерении подать рапорта об отставке в случае, если Федоров будет уволен из армии, командование ГРУ сочло возможным оставить подполковника на службе. Выполняя указание начальника управления, кадровики срочно подыскали для Федорова вакантную должность в центральном аппарате ГРУ. Так бывший зам по боевой подготовке в подразделении спецназа стал старшим офицером штаба Главного разведуправления Министерства обороны.

Когда организованная в Театре Российской армии встреча ветеранов и действующих офицеров «Каскада» подошла к концу, майор Кудрявцев повез своего бывшего начальника к себе домой.

– Иван Захарович, никаких возражений! – объявил он Федорову. – Должен же я познакомить вас со своей семьей. А когда еще представится подобный случай.