Князь Волконский любил природу, книги, музыку, редкие цветы, которые росли у него в оранжереях, ненавидел охоту. Считал, что суеверия и праздность – источники всех пороков. С первыми боролся, читая французских энциклопедистов, от второй защищался «Воспоминаниями», которые писал, стоя за высокой конторкой, занятиями математикой или вытачивая на станке, с глазами, горящими от восторга, в клубах пыли и стружек – табакерки.

Но большую часть времени он посвящал воспитанию своей единственной дочери от брака с княгиней Екатериной Дмитриевной Трубецкой – Марии. Княгиня умерла в 1792 году, когда девочке едва минуло два года.

Мария, за которой никто никогда не ухаживал, приходила в волнение при мысли об этом загадочном претенденте на ее руку, о котором лишь грезила, но портреты отца которого с лентой ордена Андрея Первозванного и пышнотелой, рыжеволосой, усыпанной драгоценностями матери уже висели в гостиной яснополянского дома. В разгар всех ее волнений княжну постиг страшный удар – жених умер от тифозной горячки. Для нее это стало знамением свыше: она не должна думать ни об одном мужчине, кроме отца. Как учили, не стала плакать, но навсегда сохранила воспоминание об этой зарождавшейся любви, чистота и грусть которой так напоминали романтические истории, прочитанные в ранней юности. Запертая в далекой провинции, теперь она точно знала, что останется старой девой, и старалась не страдать при мысли об этом. Ведь жизнь ее в Ясной Поляне была все же хороша. Чтобы развлечь дочь, князь выписал ей двух компаньонок. Любимой была m-lle Hénissienne, шаловливая и резвая француженка.

Порой, устав от болтовни, княжна ускользала на хозяйственный двор, чтобы поговорить с паломниками.