И когда они, застегнутые не на те пуговицы и с развязанными шнурками, вскарабкиваются пред его очи, дрожа и потея как от сознания преступной своей греховности, так и от оной греховности последствий...

- Плавучий бордель, - зловеще цедит командир... - А-а-а... из крейсера первого ранга - бардак?.. Что... товарищи офицеры!!! моральный облик!!! несовместимый! из кадров! к трепаной матери! без пенсии! под трибунал! за яйца! - Волчьим оскалом - щелк: - Штурман! - Так точно! - хором рубят штурмана. - Местонахождение! Кто на румбе?! И дает отбой тревогам:

- Баб - всех - в носовой кубрик! на задрайку! часового! найду где своей рукой! за борт! расстреляю!

Выясняется, что тем временем на траверзе рядом - Рига. Командир приказывает менять курс на нее и шлепать в Ригу. И через пару часов страшный, как после атомной войны, "Свердлов" своим малым инвалидским ходом вваливается в порт и просит приготовиться к приему двухсот ремонтных рабочих. Командир связывается с военным комендантом - убеждает обеспечить уж их доставку домой, в Кенигсберг. Да нет, дисциплинированные; выполняли срочное задание...

Выполнивших срочное задание малярш снова выстраивают на полубаке, но уже под бдительной охраной, и командир принимается лично пересчитывать их по взлохмаченным головам. Может, если б он их по другим местам считал, то и результат получился бы другой, а так у него получилось девяносто семь.

- Или через пять минут я сосчитаю до двухсот, - говорит обозленный своими арифметическими успехами командир старпому, - или через пять минут на крейсере открывается вакансия старшего помощника. Тебя в школе устному счету не учили? так получишь прокурора в репетиторы.