Они рассказали ему о Христе то, что сочли возможным рассказать римскому офицеру, но не успели сделать его учеником Христа, так как Аппий Клавдий, закончив срок службы в Иудее, должен был возвратиться в Италию. Корабль, на котором плыл Аппий Клавдий, нередко попадал в бурю, и он с удивлением видел, что хотя и наклонялась чаша с кровью Христа, кровь эта из нее не выливалась ни разу.

Аппий Клавдий принадлежал к древнему роду Клавдиев. Этот род, как и все патрицианские роды, включал в себя не только родственников и свойственников старшего в роде, но также многочисленных клиентов и рабов. Вернувшись в Рим, Аппий Клавдий присоединил Чашу к res sacra (святой предмет) своего рода. И странное явление стало замечаться всеми: в этом семействе исчезла разница между патрициями и плебеями, между свободными и рабами. Все они начали относиться друг к другу как братья и сестры, как любящие друг друга родственники. Так происходило в той ветви этого рода, которая хранила Чашу. И если кто-либо из членов рода задумывал сделать что-то хорошее, оно неизменно ему удавалось. Если было замышлено что-то дурное — ничего не выходило…

Многие члены этой семьи занимали высокие должности, и еще недавно в христианских катакомбах можно было видеть надпись: «Клавдий, понтифекс-максимус почил во Христе».

Шли годы, прошло много, очень много лет, но Аппий Клавдий оставался таким же молодым и сильным, каким стоял некогда на Голгофе у креста.

Все члены рода Клавдиев стали христианами, а потом образовали полумонашеский орден Розы и Креста, поскольку их символом стал крест, обвитый розами, а их святыней — чаша с кровью Христа. Но в XIII веке по Р.Х. хранители Чаши увидели, что в ней стала иссякать кровь. От христианской религии к тому времени осталась только оболочка, которую заполнила религия Митры, называемая теперь «христианством». И чем более крепло это зло на земле, тем быстрее иссякала кровь в Чаше, а вместе с нею — и благодать Христова.