Всеми этими сведениями меня снабдил почтенный Аткинс, сопроводив их похвалами в адрес шхуны!

Капитан выплатил три пятых стоимости «Халбрейн», которой он командовал уже лет пять. Лен Гай плавал в южных морях между Южной Америкой и Африкой, от одного острова к другому. Шхуна была торговым судном, и потому ей не требовалась большая команда. Чтобы охотиться на тюленя и нерпу, потребовался бы более многочисленный экипаж, а также гарпуны

Утром 7 августа я еще подремывал, нежась в постели, когда меня разбудил громовой голос хозяина и полновесные удары кулаком в дверь.

— Мистер Джорлинг, вы проснулись?

— Конечно, почтенный Аткинс, как же можно спать при таком шуме?! Что произошло?

— В шести милях к северо-востоку показался корабль, и он держит курс на гавань Рождества!

— Уж не «Халбрейн» ли это? — вскричал я, сбрасывая одеяло.

— Мы узнаем это через несколько часов, мистер Джорлинг. Во всяком случае, это первый корабль с начала года, так что мы просто обязаны оказать ему должный прием!

Я наскоро оделся и побежал на набережную, где присоединился к Фенимору Аткинсу. Он выбрал местечко, откуда открывался самый лучший обзор, не заслоняемый выступающими в море скалами, окаймлявшими бухту.

Погода стояла довольно ясная, последний туман рассеялся, по воде пробегали лишь невысокие барашки. Благодаря постоянным ветрам небо здесь всегда менее облачное, чем на противоположной оконечности острова.

Человек двадцать островитян — в основном рыбаки — обступили Аткинса, заслужившего славу самою знающего и авторитетного человека на архипелаге.

Ветер благоприятствовал судну. Оно неторопливо плыло с приспущенными парусами, дожидаясь, как видно, прилива.

Собравшиеся затеяли спор, и я, с трудом скрывая нетерпение, прислушивался к спорящим, не пытаясь вмешаться. Мнения разделились, каждый упрямо настаивал на своем.