– Он как-нибудь это объяснил?

– Говорит, им в казино повезло. Боится, что по пути могут ограбить – за игрой, говорит, всегда следят жулики.

– Мне против этой истории возразить нечего, – заметил я, взяв у него из пачки сигарету и выпрямляя ее. – Можно посмотреть ваше удостоверение?

Он протянул документ. Звали его Том Снайд, работал он в компании «Зеленое такси». Я закупорил свою бутылку, сунул ее в боковой карман и бросил на стойку деньги.

Подошел продавец, отсчитал сдачу. От любопытства его так и трясло.

– Пошли, Том, – сказал я, чтобы он слышал. – Поедем за такси. По-моему, не стоит больше здесь ждать.

Мы вышли, и я поехал вслед за «бьюиком». Позади остались разбросанные огни Лас Олиндаса, потом пошли прибрежные городишки, где маленькие дома стояли на песке возле океана, а дома побольше – на склонах холмов. Кое-где мелькали освещенные окна. Шины свистели по мокрому бетону, и на поворотах мне подмигивали янтарные подфарники «бьюика».

В Уэст-Симарроне мы повернули от берега, проскочили через Канал-Сити и угодили прямо к повороту на Сан-Анджело. Чтобы добраться до отеля «Карийон» на бульваре Таун, нам понадобился почти час.

Это было большое, нескладное, крытое шифером здание с подземным гаражом и подсвечиваемым по вечерам фонтаном во дворике.

Напротив, на неосвещенной стороне улицы, стояло пустое такси. Я осмотрел машину – следов пуль не было. Том Снайд нашел внутри свою фуражку и радостно уселся за руль.

– Со мной все? Можно ехать? – От облегчения он говорил хриплым, не своим голосом.

Я сказал, что все в порядке, и дал ему свою визитную карточку. Когда он завернул за угол, было двенадцать минут второго. Я забрался в «бьюик», загнал его вниз по пандусу в гараж и оставил его на попечение цветного парнишки, который протирал машины так медленно, что казалось, будто смотришь рапидную киносъемку. После этого я поднялся в вестибюль.