Австрийский писатель Адальберт Штифтер принадлежит к числу крупнейших прозаиков XIX века. Его рассказы, повести, романы с присущей им поистине эпической неспешностью повествования отличает глубокое проникновение в нравственную сущность человека, стремление раскрыть изначальные его связи с миром. Герои Штифтера, близкие к античному идеалу прекрасного, гармонически развитого человека, живут в тесном общении с природой, и поэтическое воспроизведение природы как могучего целого, как макрокосма, в который, подобно микрокосму, вписаны ячейки человеческого общества — крестьянская семья, деревня, усадьба, — составляет характерную особенность этого своеобразного художника.

Штифтер пе запечатлел в своих творениях облик современной ому эпохи. Реальные приметы времени в его прозе словно бы стерты, люди и ситуации нередко кажутся вымышленными, неправдоподобными. «Идиллия», «утопия», «сказка» — так обычно оценивали произведения Штифтера при жизни писателя и еще долгие годы после его смерти, и односторонняя категоричность этих суждений не один десяток лет мешала верному пониманию его творчества.

Несмотря на кажущуюся глухоту к проблемам своего века, Штифтер не был ни бесстрастным созерцателем событий, ни «посторонним», замкнувшимся в патриархальном мирке своих рассказов. Он по-своему отвечал на запросы времени, однако строй мышления писателя, характер его этики, его эстетика во многом отличали его от современных ему художников, и это отличие определило писательскую судьбу Адальберта Штифтера, столь необычную.

Благосклонно встреченный читающей публикой в начале 40-х годов как автор талантливых рассказов, он был — после опубликования своего первого романа «Позднее лето» (1857) — отвергнут, осужден и прямо-таки затравлен критикой; не более завидная участь постигла и его второй, исторический, роман «Витико» (1867), а когда самого Штифтера не стало (1868 г.), имя его вскоре затерялось в анналах истории литературы с блеклой этикеткой: «Живописец природы, мастер лесного пейзажа, на фоне которого люди всего только статисты».