— Так или иначе, — сказал Гитлер Франку, — я был бы не прочь собственными глазами взглянуть на письмо, которое этот еврей написал моей бабушке.

Франк сообщил Гитлеру, что самого письма у него еще нет. Нынешний владелец заломил за него несусветную цену. К тому же наверняка изготовил фотокопии.

— Но вам-то показали оригинал? — спросил Гитлер.

— В кабинете владельца, причем только из его рук. Там же присутствовали двое здоровенных охранников и прямо на письменном столе лежал пистолет. Интересно, чего он боялся?

Гитлер кивнул.

— Да ведь и внезапная смерть человека вроде этого ничего не исправит. Оригинал и фотокопию он наверняка припрячет в разных местах.

Так ко всем заботам и тревогам фюрера добавилась новая.

В 1938 году, однако же, начало вырисовываться альтернативное решение проблемы. Прежде всего, возникли сомнения в том, что к тому моменту, как Алоису исполнилось пять лет, его мать продолжала получать регулярное денежное вспомоществование. После бракосочетания в 1842 году они с Иоганном Георгом Гидлером оказались столь бедны, что не смогли зажить под собственным кровом. Какое-то время им пришлось спать в соседском хлеву, используя в качестве ложа деревянную кормушку для крупного рогатого скота. Разумеется, одно это еще не доказывает, что деньги прекратили поступать вовсе. Иоганн Георг мог пропивать всё до последнего гроша. В Штронесе о его пьянстве ходили легенды. Строго говоря, тот факт, что он потреблял огромное количество спиртного, противоречит свидетельствам о нищете «молодой пары»; да и с какой стати пятидесятилетнему пьянице вроде Иоганна Георга было бы жениться на сорокасемилетней женщине с незаконнорожденным пятилетним сыном, кабы у нее не водились деньжата ему на выпивку? Хуже того, столь хронический алкоголик едва ли мог бы доводиться Алоису родным отцом.