Ирина искренне пожалела о случившемся, но втайне подумала, что это судьба посылает их друг другу и что теперь ему, не совсем здоровому, будет легче понять ее, ущербную.

— Вот сижу здесь в сторожке, собираю один приемничек, — продолжал он. — Вон мой пес Тарзан на полу похрапывает… Ну что еще сказать о себе, чтобы вы уж все знали? Мне тридцать лет. Внешне я ничего особенного. Характер, говорят, покладистый… Живу один. Женат не был. Так все сложилось. Весь мой скарб: стол, тахта да шкаф… Увлекаюсь радиоприемниками. Собираю разные схемы, так что если вам что нужно починить, пожалуйста… А вы, вы какая?

— Внешне?

— И внешне, и вообще…

— Мы как в бюро знакомств, — проговорила Ирина. — Внешне я не очень, даже хуже… А как человек… находят милой, впечатлительной… А вот работа у меня замечательная.

Ирина рассказала про оранжерею, про Галю, про выставку. Они проговорили до полуночи. Прощаясь, он сказала:

— Ира! Ничего, если я вам и завтра позвоню! Я всю эту неделю заступаю в ночь.

— Конечно, Володя, звоните, — с радостной готовностью отозвалась Ирина. — С вами интересно разговаривать. Мы оба собачники, и вообще оба… — она чуть на сказала «неудачники», но вовремя осеклась.

Он звонил каждый вечер. У них оказалось много общего: им нравились одни и те же фильмы и телевизионная передача «В мире животных», одно и то же время года — осень, оба давно мечтали съездить в Крым, оба собирали пластинки, обоим нравился стиль ретро. За неделю Ирина настолько привыкла к его голосу, что для нее стали необходимостью эти вечерние разговоры.

Теперь с работы она спешила домой; меньше, чем раньше, выгуливала Фейри, поминутно посматривала на будильник, дожидаясь девяти часов, когда он заступал на работу, вскакивала на каждый телефонный звонок и огорчалась, если звонили соседям. Теперь и с Галей по телефону они только перекидывалась несколькими словами: