В полночь луна опять спряталась за тучами, и перевал преодолевали в полной темноте. Шли в связках по три человека, страхуя друг друга, потому что на перевале неожиданно повалил мокрый снег с дождём. Все мгновенно вымокли до нитки, но всё равно шли  без остановок, потому что туман сгущался, и скоро на расстоянии трёх метров уже ничего не было видно. Как в такой обстановке находили дорогу Кефир и Могила, майор Дорошин не знал.

                На спуске идти  стало ещё тяжелей. Майор шёл в полусонном состоянии, уже не отличая сон от реальности. Все чувства притупились, уступив место полнейшей апатии. Несколько раз он хотел сесть в снег и не вставать больше, но он тут же вспоминал, что он второй в связке, и если он сядет, то рядом с ним вынужденно сядут ещё двое разведчиков – его подчинённых. И, подстёгивая себя нечеловеческим усилием воли, он продолжал идти.

               Рассвет застал группу в очередной долине, после которой им предстояло перевалить ещё одну горку и… всё – они в точке эвакуации.  Вышли к реке, весело журчащей по камням, и, наполнив фляжки, сразу ушли под деревья.

               Майор Дорошин с удивлением смотрел на зелёную траву, посеребрённую росой, на зелень листвы в лесу, и не мог поверить, что ночью они с трудом пробивались через снеговые заряды… В лесу разведчики развели в ямке бездымный костерок, обложив его голышами.  Голышам давали нагреться и сушили с их помощью одежду, раскладывая её на горячих камнях. На спиртовках закипела вода, и запахло ароматом чая. Согревшись и подкрепив силы тушёнкой, пошли дальше.

               А была весна. И где-то, совсем рядом с Чечнёй, в городах ходили девушки в коротких юбках, и парочки сидели в открытых кафе и обнимались на лавках в парках и скверах, и никому не было дела до этой войны…