Зигмусь тем временем завалил весь стол своими бумагами, так что некоторые из них оказались в тарелке из-под судака.

- Ну, ты поняла-поняла? - токовал он. - Повтори-повтори, ты рассеянна, как все писатели, не умеешь слушать, давай я все расскажу еще раз, еще раз.

С трудом удержавшись от того, чтобы издевательски не пропеть ему "эх, раз, еще раз", я решительно поднялась с места и заявила открытым текстом:

- Пардон, мне надо в туалет.

Ничего умнее не пришло в голову, а туалет был единственным местом, куда, я надеялась, Зигмусь не попрется за мной со своим чемоданом. И, увидев ошарашенное выражение на лице кузена, замолчавшего на полуслове, добавила:

- Сейчас вернусь. Закажи мне еще одно пиво. Предполагаемый Северин взглянул на часы, расстался наконец с янтарным киоском и не торопясь направился по аллейке к морю. Я двинулась за ним несколько ускоренным шагом, потому что хотела обогнать его и разглядеть наконец вблизи его лицо. Вот обогнала, теперь он оказался у меня за спиной.

И вот как раз в тот момент, когда я уже собралась обернуться, чтобы взглянуть в лицо предполагаемого Северина-младшего, юниора, вдруг увидела прямо перед собой Болека, бледного и растерянного. Почему он здесь оказался? Ведь мы же договорились встретиться только послезавтра. Не успев толком сообразить, что делаю, я машинально подняла руку, чтобы приветственно помахать ему.

Взгляд, которым Болек пригвоздил меня к земле, я не забуду до самой смерти. Нет, его надо было видеть! Шедший мне навстречу Болек словно наткнулся на невидимую стену, остановился как вкопанный, в глазах его метнулась паника.