– «Страдная пора, – раздельно прочла Лида. – Передовая статья областной газеты „Красное знамя“ за шестое июля одна тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года. – Здесь она сделала небольшую торжественную паузу, а потом вдруг сердито нахмурила сросшиеся на лбу брови. – У тружеников полей нашей области началась ответственная пора, – четко и громко продолжала Лида, – наступили дни сенокоса. В этом году колхозам и совхозам области предстоит заготовить на двести тысяч центнеров сена больше, чем в прошлом году. Для выполнения этой возросшей задачи требуется полное напряжение сил, правильное использование всей сенокосной техники, укрепление дисциплины и четкая организация труда. Так, например, и обстоит дело в колхозе „Красный партизан“ Черемушкинского района, где председателем тов. Лозовских…»

Читала Лида ни быстро, ни тихо, ни скучно, а как раз так, как читает человек, который прочел пять-шесть десятков книг, половина из которых – школьные учебники. Она читала сразу только одно слово, поэтому не знала, что следует дальше, и у нее получалось так, что в строке все слова стоят по отдельности. Лида не могла придавать строке и предложению смысловое выражение, и от этого слова звучали одинаково монотонно, а выделялись только те, которые нельзя было не выделить. В прочтенном куске Лида, например, выделила слова «центнеров», «техники», «партизан», так как они по звучанию, а не по смыслу были значительнее других.

Читала Лида тяжело, с напряжением; на лбу у нее выступил рясной пот. Наверное, поэтому колхозники слушали Лиду внимательно, боясь нарушить тишину, положение тела меняли медленно, а когда кто-нибудь из ребятишек подавал голос, со всех сторон раздавалось шиканье.

– «… В колхозе „Красный партизан“, – продолжала Лида, – труд колхозников организован правильно и рационально, благодаря хорошему уходу превосходно работает имеющаяся техника, не бывает нарушений трудовой дисциплины».