Марина хотела спросить: кто это? Но удержалась.
– Это Ксавье, – сказала Люси, будто прочитала мысли.
Марина хотела спросить: кто такой Ксавье? Но тоже удержалась.
– Мон ами… – объяснила Люси.
Любовник – догадалась Марина. Вот тебе и ответ на все вопросы, на все «О!» и «Да!».
Люси – не просто брошенка и не просто бабка. Она живет в любви и ласке, работает славистом в маленьком издательстве. У нее есть дело и личная жизнь – полноценное существование. Когда человек существует полноценно – его психика не деформирована.
– Ксавье живет в Париже?
– Но. Он бросать Париж и купить дом тут. Десять минут.
Марина сообразила: Ксавье бросил Париж и помчался следом, купил дом в десяти минутах ходьбы.
– А почему вы не взяли его сюда? Места много. – Марина обвела рукой просторную белую комнату.
– Но. Но. Но. – Люси категорически подняла ладонь. – Я хотеть один. Ксавье – лыжи, гулять, приходить-уходить… Люси – один. Баста!
Все ясно. Люси хочет жить одна в своей скорлупе, а рядом с ней, как спутники вокруг планеты, – близкие люди: Жан-Франсуа, Вероник, Зоя, Ксавье, выросшие дети… Она всем дает себя по кусочку. Но не целиком. Целиком – никому.Через час появился улыбающийся Ксавье. Не вытерпел, пришел посмотреть на русскую.
Ксавье – стройный, с длинными волосами и шелковым платком на шее, но видно, что за шестьдесят. Общая улыбчивость и слабость.
Марине показалось, что он хорошо поет. Тенором. У него был вид человека из хора. Было ясно: он любит Люси последней любовью, не мучает, – тихая пристань, – и тем не интересен. Интересны те, кто мучает. Больше натяжения. Однако в шестьдесят натяжения вредны для здоровья. Поднимается давление. Можно умереть.Ксавье поулыбался вставными зубами и куда-то удалился. Видимо, Люси поручила ему собаку.
За собакой приехали вечером. Хозяйка собаки – экстравагантная дама в пестром – показалась Марине пьяной вдрыбадан.