Купол неба постепенно светлел. Последние звезды мигали и меркли с каждой минутой. Горизонт за спиной у пилотов из оранжевого становился огненно-красным. Серые тучи над ними медленно рассеивались, открывая голубые лоскутья неба.

Недавняя морось напоила воздух прохладой. Порывы ветра волнами прокатывались по обступившим дорогу рисовым полям. Несмотря на раннюю пору, Лыонг увидел вокруг множество народу, в большинстве женщин и девушек; они черпали воду на поля, выпалывали траву. Вдали, где виднелись заросли бамбука

— Эвакуируются.

Всякий раз, просыпаясь на рассвете, Лыонг слышал кричавшие в рупор голоса из ближних деревень. В последние дни вражеские самолеты то и дело налетали на железнодорожный мост и несколько раз пытались приблизиться к аэродрому. Вчера в полдень Ф-105 снова рвались к мосту, но были отбиты зенитчиками и побросали бомбы куда попало. Положение в округе было очень напряженным, но случайный прохожий скорее всего ничего бы и не заметил. Из деревень, расположенных у железной дороги, старики и дети, что ни день, отправлялись на заре в более безопасный район километров за ^семь отсюда, а вечером возвращались по домам.

«Проклятье!» — Лыонг молча проводил взглядом цепочку людей, уходивших к горизонту.

Машина въехала в зону аэродрома. Небо совсем посветлело. Не погашенные еще фонари, как золотистые зерна четочника

Летчики четвертой эскадрильи прыгали из кузова на бетонную полосу около готовых к бою истребителей, вытянутых в прямую линию. Лыонг увидал у своей машины номер двадцать четыре командира группы техников Нго; он стоял на маленькой металлической стремянке, просунув голову и плечи в кабину, и что-то там разглядывал. Увидев Лыонга, он выпрямился, и они помахали друг другу рукой. Вместе с другими пилотами Лыонг подошел к месту сбора. На траве у дорожки рядом с аэродромной каретой Скорой помощи стоял «газик» командира полка. «С чего это Тхуан приехал в такую рань?…»