Новый подъем русской литературы лучше всего прослеживается на таможне. Что ищут больше всего? - рукописи. Не золото, не бриллианты и даже не советского завода план, а - рукописи! А что лучше и больше всего ищут при въезде в Россию? Книги. На русском языке книги. Значит, русская литература, едущая взад и вперед, что-то стоит. Значит, нужно поставить плотину, запруду, Братскую ГЭС, чтобы книги и рукописи - не проникали. Но они все равно просачиваются...

Когда у одной моей знакомой, ехавшей отсюда - туда, обнаружили в чемодане экземпляр романа "Доктор Живаго", ее немедленно посадили в гинекологическое кресло и подвергли медицинскому осмотру - не провозит ли она еще какой-нибудь тайный роман?

Это - хорошо. Это - на пользу. Это значит - книга в цене, и ее ищут, за нею охотятся, и она, убегая, и прячась, и закапываясь в землю, набирает силу и вес. Не доллары, а - рукописи котируются нынче на рынке.

Теперь посмотрим - о чем пишут больше всего в этих рукописях? Вряд ли мы ошибемся, если скажем: о тюрьмах и о лагерях. Не над колхозной, промышленной, не над любовной и не над молодежной даже тематикой болеет сейчас больше всего душою русский писатель, а на тему - как сажают, куда ссылают, каким образом (интересно же!..) стреляют в затылок. Лагерная тема сейчас - ведущая и центральная. За короткий срок мы тайком, тихой сапой, сумели создать еще невиданную, небывалую в истории серию романов, повестей, поэм, мемуаров на каторжную мелодию. Куда там "Записки из Мертвого дома"! Сейчас вся Россия воет Мертвым домом в литературную трубу.

Когда Запад (где все эти книги в конце концов издаются с научными комментариями) прислушивается к этому волчьему вою, он, естественно, приходит в экстаз и в изумление: молчали-молчали, терпели-терпели и даже, случалось, славили, а теперь, теперь! когда никого почти не сажают, вы поете отходную и мешаете нам торговать?! Сколько вас - на весь многомиллионный народ - диссидентов? - раз, два и обчелся. И сколько можно писать про одно и то же?