А завтра Финогенов снова по какой-то своей необъяснимой причине потащился в универсам под закрытие и опять эту тетку там повстречал, и подошел к ней, и говорит, значит:

- Здрасьте.

- Да уж и здрасьте, - тетка ему отвечает сосредоточенно. А Финогенов говорит:

- Вы, - говорит, - кефиру взяли фруктового? Сегодня есть. Очень, говорит, - ценный и питательный продукт питания для нашего пожилого возраста.

А тетка говорит:

- Не, - говорит, - я ряженку всему без исключения предпочитаю, а если ее нету, я тогда совсем ничего не беру из молочнокислого.

А Финогенов говорит:

- Нет, ряженка - это совершенное не то. Фруктовый кефир несравнимо полезнее на ночь принимать в пищу.

- Вот и пей свой кефир, - тетка ему рекомендует, - а я ряженку как предпочитала, так и буду предпочитать в дальнейшем и впредь.

И, это, поспорили они так мирно и опять вместе, как и вчера, к троллейбусу пошли друг с другом и опять ехали в одном и том же троллейбусе и все на темы полезности различных молочнокислых товаров, выпускаемых местной пищевой индустрией, беседовали. И Финоге-нов пропустил свою остановку и вышел вместе с теткой на следующей, и проводил ее до самого дома, где она занимала комнату в молодежно-холостяцком общежитии - ее еще тогда, когда она не была пенсионеркой. а работала на бумфабрике, этим жильем обеспечили. Там, в общежитии, все по нескольку человек в комнате жили, а она с учетом ее заслуженного возраста и трудовых достижений в прошлом - сама. Как барыня.

Ну вот и, одним словом, поменял Финогенов график своей предыдущей жизнедеятельности и каждый день стал в универсаме вместо утра вечером объявляться и тетку эту, которая Валентиной Евгеньевной оказалась по имени-отчеству, стал до дому провожать.