– Если они еще и существуют, нам остается только их сломить. Интересы Франции превыше всего. Я зайду к вам на днях, и я вам скажу, что я собираюсь сделать для своего скромного вклада в дело общего спасения.

– Ну конечно. Приходите, когда захотите. Мы постараемся что-нибудь организовать.

В этот момент в ресторан вошел Бассон. Его сопровождал мужчина с седой бородой, весьма соответствовавший представлению о старом республиканце. Он держал в руке широкополую черную шляпу. Он имел вид несколько небрежный, не соответствовавший этому ресторану.

Бассон подошел к столу, в то время как его компаньон ожидал в нескольких шагах.

– Ну что, по прежнему за Голля? – сказал Бассон со смехом.

Бриде покраснел. Лавессер, который было собирался спросить у Бассона, не ответил ли тот на некую служебную записку, с удивлением обернулся на Бриде.

– Это настоящий голлист, чистейшей воды голлист, чистейшей воды де-голлист, – продолжал Бассон, хлопая по плечу приятеля.

– Я? – воскликнул Бриде.

– Я удивлен, – сказал Лавессер.

– О, как же он прячет свою игру, – продолжал, все еще смеясь, Бассон.

Поскольку Бриде заметно встревожился, тот добавил:

– Ладно, ладно, нельзя уже и пошутить…

Затем, обернувшись к человеку, ожидавшему в стороне:

– Подходите, Руане, дайте-ка я представлю вас одному из моих старых друзей.

– Весьма польщен, – сказал человек наружности старого республиканца, с уважением поклонившись.

– Мой старый друг Бриде – один из наших. Он некоторое время колебался, смотрел, куда ветер дует, но, наконец, нашел свой путь. Не правда ли, Бриде?

– Я тебя прошу…

Обращаясь к Руане, Бассон продолжал:

– Вы еще с ним увидитесь, у него будет к вам дело.

Потом, поворачиваясь к Бриде:

– Это с ним ты будешь иметь дело. Мсье Руане – бесценный сотрудник.

– Буду счастлив оказаться вам полезным, – произнес тот с тем же большим почтением.