
– Простите, босс, – жалобно сказал Униац, – он меня опередил.
– Неважно, – ответил Святой. – Тут я виноват.
– Ошибка могла быть и хуже. – Айвелдон шагнул вперед. – Но, по крайней мере, Святой у нас в руках. Где Йорклэнд?
– Я думаю, его еще можно перехватить, – ответил Фарвилл. – Когда он приехал, то сказал мне, что по пути собирается заехать к леди Бредон в Кемберли. Он намекнул, что сделает это, когда поедет обратно...
– Позвоните туда, – приказал Айвелдон.
Пока Фарвилл звонил, лорд расхаживал по комнате, заложив руки за спину. Он частенько посматривал на Святого, но избегал встречаться с ним взглядом. Саймон Темплер не обманывал себя и не приписывал это страху: в тот момент Айвелдону бояться было нечего. Наблюдая за ним, Святой знал, что смотрит на слабого, никчемного и эгоистичного человека, которого недавно испытанный страх превратил в бешеного шакала.
– Что сказать? – спросил Фарвилл, прикрыв трубку рукой.
– Скажите, пусть Йорклэнду передадут: птичка попалась, – ответил Айвелдон.
– Вы, братец, кажется, слишком уверены в этом, – заметил Святой, выпустив кольцо дыма. – Но Подснежник, по-моему, чувствует себя неловко с пистолетом. Он, кажется, боится, что пистолет может выстрелить. А вы понимаете, Подснежник, что если он выстрелит, то прожжет дыру в вашем лучшем воскресном костюме, а за это папочке придется вас отшлепать.
Нассен посмотрел на Святого белыми от ярости глазами.
– Отдайте его мне, – сказал он. – Я заставлю его заговорить.
– А что, и сможете, если вы чревовещатель, – презрительно усмехнулся Святой. – В противном случае я и ломаного гроша за вас не дам. Подумайте, Подснежник. Свой шанс вы уже упустили. Пока еще вы имеете дело с мужчиной, а не с девушкой – если, конечно, улавливаете мою мысль.
Лорд Айвелдон стоял в стороне и, казалось, ничего не слышал. Но вдруг он поднял голову и впервые встретился взглядом со Святым. В его глазах Саймон прочитал подтверждение своим мыслям. Его судьба действительно зависела от существа более жестокого, мстительного и непредсказуемого, чем любой профессиональный убийца, – от слабого человека, с которого слетел налет помпезности и который дрался из страха.
