Корнелиус, более проворный, спускался первым, прокладывая путь: он то соскальзывал вниз, то перескакивал с камня на камень, то быстро сбегал с холма.

Спуск прошел благополучно; у подошвы холма капитан остановился и стал пристально рассматривать местность.

Перед ним расстилался маленький бассейн, нечто вроде пруда, берега которого поросли одним из видов камыша, растущим густой массой и достигающего иногда высоты в пять—шесть метров.

— Не иди дальше, — сказал капитан Корнелиусу, — в камышах могут оказаться дикари.

— Я не вижу и не слышу ничего подозрительного.

— Смотри: как будто качнулась одна из лилий?

— Где?

— Вон там…

Взглянув в ту сторону, куда показывал капитан, Корнелиус увидел возвышающийся над бассейном высокий, метров в восемь, стебель, увенчанный чашечкой цветка, который должен был иметь не менее полуметра в окружности.

Хотя было совершенно безветренно, цветок дрожал на своем стебле, как будто за тростниками кто-то шевелился.

— Правда, цветок колышется, — сказал Корнелиус и взвел курок своего ружья.

— Там могут быть дикари, — остановил его капитан.

— Я осмотрю тростники.

— Не надо. Не подвергай себя опасности быть убитым копьем или бумерангом.

— Бумеранг? Что это такое — стрела?

— Нет, это не стрела. Это оружие пострашней стрелы. Оно представляет собой изогнутый кусок крепкого дерева; дикари так метко бросают его, что даже на большом расстоянии редко бьют мимо цели. Мы можем в этом слишком скоро убедиться… Но что это?

— Что ты увидел?

— Посмотри туда. Ты видишь там кустарники?

— Да.

— А когда мы шли сюда, ты их заметил?

— Кажется, нет.

— А я уверен в том, что там было все голо.

— Не могли же они вырасти за несколько минут-

— Я утверждаю, что их не было.

— Что за чертовщина!

— Скажи лучше — хитрость, это очень подозрительно.