Для многих художников Запада по-прежнему остро стоит вопрос об одиночестве их героев во враждебном человеку буржуазном обществе. Нередко для них одиночество, взаимное непонимание, социальная несовместимость превращаются в естественное, извечное состояние людей. Каждый человек живет в своем собственном измерении. И безнадежны попытки наладить контакт друг с другом.
На фронте люди гибнут тысячами и сотнями тысяч. Но так же в одиночестве умирают герои Регеры. И это одиночество перед лицом смерти становится символом, еще больше подчеркивает трагизм судьбы героя и его товарищей.
И все же, как ни одиноки герои Регеры, их связывает солдатская, мужская дружба, фронтовое братство. Это сильное и цельное чувство, быть может единственное, что их поддерживает, единственное, что у них осталось и что заставляет Аугусто пойти на самопожертвование. Смерть его в конечном счете неизбежна, но он сам идет на смерть, чтобы спасти друга. Тем трагичнее и эта смерть и это чувство.
Как мы видим, многое сближает книгу Регеры с антивоенным европейским романом, и особенно с романами Ремарка: и в оценке войны, и в размышлениях о судьбах человека, и в сюжетной линии. Герои Регеры, подобно героям Ремарка, индивидуалистичны, пассивны. Она живут стихийно, ото дня ко дню, обреченно, предчувствуя смерть. И даже в их дружбе многое от инстинктивного стремления найти поддержку перед лицом опасности.
Немало общего у обоих писателей и в манере изложения. Но во многом Регера идет своим путем. Война не сломила и не подняла его героев. Она просто не затронула их существа, если не считать панического страха перед этой стихией. Сознание у героев Регеры неразвито, аморфно. Протест их против войны крайне робок, ограничен. Пока это только вспышка отчаявшегося человека против того, что ему приходится претерпевать, против превратностей судьбы, против бессмыслицы происходящего. Социально это еще не осмыслено.
Герои Регеры обладают всеми чертами испанского национального характера: они очень непосредственны, отходчивы, жизнелюбивы, жизнерадостны. Только недавно закончилось сражение, а в окопах вновь звучат шутки, смех, царит веселье.