Однако турист упрямо пробирался вперед по скользкой выпуклой каменной поверхности без всяких признаков растительности; скала эта носит имя «Maristien» — Мариин камень.

Сразу было видно, что неосторожный храбрец не знаком с легендой, сделавшей это место знаменитым.

«Однажды Эстейн решил навестить красавицу Марию из Вестфьорддааля и отправился к ней по опасной горной тропе. Его невеста, стоя на другом берегу, простирала к нему руки. И вдруг он поскользнулся, упал, заскользил вниз по гладкой, как зеркало, скале и рухнул прямо в пропасть, а бурный Маан навсегда унес прочь его бездыханное тело».

Неужели то, что приключилось со злосчастным Эстейном, грозило сейчас и незадачливому храбрецу, смело ступившему на коварный склон Рьюканфоса?!

Да, похоже было, что так и произойдет. Он заметил опасность слишком поздно. Внезапно опора ушла у него из-под ног, и он с воплем покатился вниз, едва успев в последний миг ухватиться за выступ скалы почти на краю пропасти.

Жоэль и Гульда по-прежнему не видели его, но зато услышали крик.

— Что это? — спросил молодой человек, вскочив с места.

— Чей-то крик, — ответила его сестра.

— Да, крик… крик отчаяния!

— Давай еще послушаем!

Оба стали оглядывать горы, но никого не увидели. Однако же они явственно расслышали слова: «Ко мне! Сюда!», прозвучавшие в один из коротких, но регулярных перерывов в громовом гуле низвергающегося водопада.

И вдруг призыв о помощи раздался вновь.

— Жоэль, — сказала Гульда, — по-моему, какой-то турист зовет! Надо помочь ему…

— Да, сестра, он где-то недалеко. Но с какой стороны?.. Я его не вижу!

Цепляясь за чахлые пучки травы, росшей на этом берегу Маана, Гульда взобралась на пригорок позади обломка скалы, на котором только что сидела. И вдруг она крикнула: