– Высший класс, не правда ли?! – сказал Ритц. – Сделано в Чикаго, мой друг нарисовал это, а уж он-то настоящий художник…

Долли озадаченно просмотрела этикетки.

– Нравится? – спросила Верина.

– Я не понимаю… – протянула Долли нерешительно.

– Неужели?! – сказала Верина, криво усмехаясь, и добавила: – Достаточно ясно! Я рассказала ту твою давнюю историю мистеру Ритцу, и он придумал это чудесное название.

– «Средство против водянки от Цыганской Королевы»: название запоминающееся, здорово будет смотреться в рекламе, – сказал доктор Ритц.

– Мое снадобье?! – Долли все еще оставалась спокойной. – Но мне не нужны никакие этикетки, у меня есть свои!

Ритц прищелкнул пальцами:

– Да ты посмотри, скажи, правда, здорово?! Мы можем напечатать этикетки, используя твой почерк!

– Мы уже потратили уйму денег, – жестковато отреагировала Верина и обратилась к Долли: – Моррис и я собираемся в Вашингтон на этой неделе, чтобы оформить авторское право на лекарство, естественно, мы представим тебя как изобретателя. А теперь самое главное, Долли, ты должна сесть спокойно и написать нам полный состав этого средства.

У Долли едва челюсть не отвисла: она резко приподнялась из-за стола, подняла голову и, беспрестанно моргая, глядя на доктора Ритца и Верину, тихо сказала:

– Так не пойдет.

Затем она встала из-за стола и направилась к выходу, и там, уже держась за ручку двери, повторила:

– Так не пойдет. У тебя нет на это никаких прав, Верина, а у вас, сэр, и подавно.

Я помог Кэтрин убрать со стола: смятые розы, так и не разрезанный торт, нетронутые фрукты.

Верина и ее приятель покинули дом вместе: из окна кухни мы видели, как они шли вместе по направлению к центру города, постоянно кивая или покачивая головами, обсуждая что-то.

Тогда мы разрезали торт и понесли его к Долли.