Так носила судьба сынов Израилевых от беды к спасению и от спасения к беде — по неизменно замкнутому кругу. Эти круги бытия совпадали с периодами грехопадений и возвращений к вере: снова и снова израильтяне предавались чужим богам и Господь карал отступников руками соседних народов. Страдая, отступники взывали к Господу, и Он выдвигал из их среды человека для спасения народа.

И были в этом кипящем котле мужчина и жена его из колена Данова. Жили они в Цоре, на земле Шефелы, принадлежавшей колену Иуды, — в районе, население которого отличалось особой жестокостью, ибо в те времена здесь проходила граница между владениями Израиля и филистимлян. Для израильтян Шефела была первой линией обороны от филистимлян, а для филистимлян — первой ступенью на пути к завоеванию Иудейских гор.

Имя мужчины было Маной, имя жены его осталось неизвестным. Сказано о ней лишь, что она была «неплодна и не рождала», и этого довольно, чтобы понять: не только тяготы пограничного житья выпали им на долю, но и в супружеской их жизни было немало горестей и печалей.

Однако тот, кто хоть немного знаком с сюжетами Ветхого Завета, знает, что бесплодие женщины — почти верная гарантия того, что ей предстоит родить личность поистине судьбоносную. Так случилось и в этот раз. Когда женщина была одна и мужа при ней не было, предстал перед нею Ангел Господень и сказал ей: «Вот, ты неплодна и не рождаешь; но зачнешь и родишь сына». И тут же объявил ей указания и предостережения: «…итак, берегись, не пей вина и хмельного, и не ешь ничего нечистого; ибо вот, ты зачнешь и родишь сына, и бритва не коснется головы его, потому что от самого чрева этот младенец будет назорей

Женщина спешит к мужу. «Человек Божий приходил ко мне», — говорит она, и читатель вправе насторожиться: женщина употребляет не тот глагол, которым, повествуя об этой встрече, воспользовался в Ветхом Завете рассказчик («И явился Ангел Господень женщине»), а оборот «приходил ко мне». Это оборот двусмысленный: при помощи его в Ветхом Завете не раз описывается совокупление.