— Что ж, если хорошо заплатят, можно будет и согласиться, — проговорил сэр Джеймс, подавая письмо товарищу.

На следующий день, около десяти часов, сэр Джеймс был уже в полицейской префектуре.

Около конторы было множество пустых карет, но одна из них была занята, в ней сидели Милон и Мармузэ, которые следили за подъездом префектуры.

Несколько минут спустя, когда сэру Джеймсу объяснили, в чем дело, пришел Милон.

Милон был, по-видимому, спокоен так, что сэр Джеймс не усомнился, что этого человека не занимает похищение Ирландки и ее сына.

— Можете быть спокойны, — проговорил он, обращаясь к Милону, — через три дня деньги будут у вас.

Затем они вместе вышли из префектуры.

На улице они разошлись; сэр Джеймс сел в карету, а Милон пошел пешком.

Когда сэр Джеймс ехал, Мармузэ в другой карете следил за ним.

Карета его остановилась перед Луврским отелем.

Мармузэ вышел за ним.

— Хорошо, — подумал он, — теперь сделаем опыт с записной книжкой…

Опыт с записной книжкой выдуман певцами. Когда им нужно узнать, в котором этаже живет какая-нибудь особа или как ее зовут, то они обваляют в грязи какую-нибудь книжку и затем идут к подъезду дома, где живет та особа. Войдя, они говорят, что вот этот господин заплатил вознице деньги и уронил книжку, и наверное слышат ответ швейцара: «Ах, это господин N., он живет в таком-то этаже».

Вот к этому способу и прибегнул Мармузэ.

Он обратился к привратнику с будто найденной книжкой и описал джентльмена, потерявшего ее.

— Это сэр Джеймс Уд, он в первом этаже под № 18, — ответил швейцар.

И Мармузэ, благодаря своей выдумке, пробрался беспрепятственно в гостиницу.