Как мог замаскировался и приступил к ожиданию. Ожидание для Глеба, безусловно, было работой, работой трудной, но привычной. В конечном счете ему без разницы, сколько придется ждать: час, пять часов или сутки. Мелькнула мысль, что может подъехать ее охранник. Ну и бог с ним. Пусть подъезжает. На месте разберемся.

Время замерло и не двигалось до тех пор, пока девчонка не появилась. Хитрить она не стала, вышла из того же подъезда, в который вошла. Только походочка изменилась: кураж пропал, сумочкой не помахивала.

Быстро и бесшумно Глеб ее догнал. Приобнял за плечи:

– Здравствуй, дорогая!

– И ты тут? – не удивилась и не испугалась девица.

– И я, – согласился Железнов.

– Тебе не повезло. Денег у меня нет.

– Не заплатили? – удивился Глеб.

– Заплатили, – всхлипнула девчонка. По-детски как-то, беззащитно, несоответственно профессии. Остановилась и приподняла край юбчонки. Под ней было три черно-красных небольших пятна с синюшными ободками.

– За что? – мрачнея, спросил Железнов.

– Было бы за что, вообще бы убили, – улыбнулась сквозь слезы жертва. – Такая у него любовь.

– А как же ваша охрана?

– Никак. Это наш юрист, – сказала она и осеклась, поняв, что сболтнула лишнее.

– Зачем поехала, если он псих?

– Девочки говорили, я не верила, – вздохнула девчонка. – Он всегда такой вежливый. – И вытерла прямо рукавом глаза.

– Ладно, пошли, сходим к твоему юристу, – сказал Глеб.

– Ты что, спятил? – искренне ужаснулась та.

– Тебе его жалко? – неприятно улыбнулся Железнов.

– Мне тебя жалко, – ответила девчонка. – И себя, – уже тише добавила она.

– А чего бы тебе не уволиться? – внезапно повеселел Глеб. – Ты же не по КЗОТу трудишься?

– И куда я денусь? – как будто саму себя спросила девчонка.