– Но откуда-то ты же взялась?

– С Урала, – машинально ответила та.

– Вот туда и денешься.

– Мама была бы рада, – вдруг мечтательно сказала она.

– Ну вот и порадуй ее.

– Она думает, я здесь в училище учусь. Медицинском.

– Ерунда все это, – прервал беседу Глеб. – Скажешь – выперли. В детали не посвящай.

– Пошел ты к черту! – вышла из счастливого сна его собеседница. – Все вы жалостливые!

Но Глеб пошел вовсе не к черту, а к подъезду, в котором жил юрист с сексуально-садистскими наклонностями. За ним, как маленький щенок на поводке, потянулась спутница. Идти ей в подъезд, конечно, не хотелось, ну да никто ее и не спрашивал.

Вышли минут через десять.

Если раньше девчонка была напугана, то теперь просто голову от страха потеряла и, похоже, Железнова боялась не меньше, чем своих бандитов.

– А он не умрет? – уже в машине спросила она.

– Нет, – ответил Глеб. – Размножаться только затруднительно будет. Ну да ему и не следует размножаться.

– Ты псих, да?

– Тут все психи! – неожиданно разозлился Железнов. – Чего тебя здесь держало? Работа нравится?

– А куда мне деваться? У меня даже паспорта нет.

– А где он?

– У «мамочки».

– Поехали к «мамочке».

– Ты точно спятил, – прошептала она.

А Глебу вдруг стало весело. Вот и изменилась его жизнь. Резко.

После таких подвигов лучше здесь не оставаться. Тем более если впереди еще визит к «мамочке».

Судьба распорядилась без его ведома, и это гораздо легче, чем принимать серьезные решения самостоятельно.

– А звать-то тебя как? – наконец спросил он, пристегивая ремень.

– Анюта. А тебя?

– А меня Глеб.

– Очень приятно, – вдруг манерно сказала Аня. Глебу стало смешно. Она немножко обиделась и замолчала.

Операция по изъятию паспорта обошлась без рукоприкладства. «Мамочка», много чего повидавшая в своей многотрудной жизни, только головой покачала.