– Что ты здесь делаешь?

– Решил освежиться... – Он глумливо усмехнулся. Наши глаза встретились, и за его улыбкой я уловила скрытую боль.

Вдруг он стремительно обхватил меня за плечи и впился в губы поцелуем так жадно, как жаждущий в пустыне припадает к воде, не боясь расплескать, не помня себя. Это было как раньше, так, как будто никогда и не кончалось, мне было тепло и уютно, и сладко в его объятиях. Его стон или, может быть, мой вернул меня из глубин забытья.

Я вырвалась, откатилась, стараясь не смотреть на него, поднялась и побежала. Сначала чуть не упала, запутавшись в подоле платья, но удержалась на ногах, подхватила юбку и помчалась, словно за мной гнался голодный тигр.

Бег избавил меня от зародившейся надежды на чудо – возможность все вернуть. Я не особенно сильный бегун. Кровь шумела в ушах, застилала глаза красной пеленой. Я упала на песок и затихла, пытаясь отдышаться.

"Я не могла, не смела даже надеяться...

Я, оскверненная родной собакой... нет, это не главное, ведь я этого не хотела... И, пусть, ничего не случилось бы сегодня... Я не смогу поверить когда-нибудь, что нужна ему, что он не может без меня жить, дышать, что он не уйдет, не оставит меня, не отдаст свое сердце другой, не предаст меня и своего ребенка вновь..."

Мои мысли скакали как камешек по волнам, пока я не отдышалась.

И тут вдруг стало светло. Я подняла голову и увидела, что невидимое из-за полосы леса солнце поднялось над далекими горами, залило ярким светом верхушки деревьев, отделяющих пляж от шоссе. На песке у воды было еще сумрачно и прохладно. Вдруг с гор к морю повеяло ветром, как будто солнце гнало его впереди себя.

Я встала, вытряхнула песок из спутанных волос, смахнула песчинки с лица, почистила платье. Откинула волосы на спину и подставила лицо ветру, а он, действительно, набирал силу, гонимый солнцем. Широко развела руки, и ветер затрепал мое бесформенное из легкой ткани белое платье, потом наполнил и раздул его как парус, подхватил длинные завитки моих локонов. Я закрыла глаза и очень скоро, мне стало казаться, что я лечу, что ветер несет меня как листок. Мои босые ноги перестали ощущать песок. Чувство полной свободы и очищения, омовения ветром захватило меня.