Этот план созрел у меня так внезапно, что я предложил его, не успев даже сообразить, что к чему. Единственное, что могло навести меня на эту мысль, – это предстоящий отъезд соседа по комнате, который завтра отправлялся в Хорремшахр искать работу.

Она не ответила.

– У меня есть товарищ. Он завтра поездом уезжает на юг, в Хорремшахр. Я мог бы поехать с ним…

Я не успел договорить, как она возбужденно перебила меня:

– Нет, нет, нет. Ни в коем случае не приезжай. Не надо.

– Я там пробуду несколько дней, подыщу работу, потом вернусь в Тегеран, соберу вещи…

– Нет, нет, нет.

– Буду рядом с тобой.

– Только не завтра.

Я замолчал, слушая, как она твердила свое «нет», и мне казалось, она не хочет, чтобы я поехал сейчас, на несколько последних дней каникул. Ей, наверно, хочется, чтобы я остался там насовсем.

Я воспрянул духом.

– Так когда я увижу тебя?

В этот момент мы дошли до оживленной улицы и смешались с толпой.

– Когда мы увидимся? – спросил я.

– Не мучай меня.

– Завтра, хорошо?

– Это бесполезно.

– Нет, завтра.

– Нет, нет, нет.

– Завтра, утром или после обеда?

– Я же сказала, нет.

– Утром. Завтра с утра, идет?

– О Боже мой, нет.

– Ну тогда после обеда. Она не откликнулась.

– Значит, завтра после обеда я снова буду на том перекрестке. Слышишь, завтра после обеда я прихожу на тот же перекресток, да?

Идти вдвоем в толпе нелегко. На мгновение мы потеряли друг друга. Я догнал ее.

– Завтра после обеда.

– Уже очень поздно. Надо ехать. Я поеду одна, автобусом.

– В пять часов, хорошо? Или в четыре, если тебе удобно. Во сколько, скажи?

– Я поеду одна.

Я снова отстал и нагнал ее уже на перекрестке. По улице сплошным потоком шли машины. Мы стояли на краю тротуара.

– Согласна? – снова спросил я.

– Господи, ни к чему все это.