Трудность одна, — командующий строго сверкнул моноклем. — Узнать направление и момент удара. Но и такая возможность у нас имеется. А пока, господа, две превентивные меры. Приказываю поднять в воздух всю авиацию и следить за каждым передвижением русских колонн, и еще, поскольку наш штаб находится на одном из предположительных направлений русского наступления, я распорядился перевести его на новое место. Во второй фольварк этого графа… Как его?…

— Сеньковского, — с полупоклоном подсказал один из офицеров.

— Да, да, именно Сеньковского…

— Но вы же обещали ему, занимая этот фольварк, не беспокоить…

— Ничего. Я думаю, граф поймет, что штаб лучше, чем полевые части. Теперь же, господа, когда вы знаете главное, осталось проверить все на местах и ожидать моего приказа… Я думаю, все ясно?… Ясно… Выполняйте!

— Яволь! — щелкнули каблуками офицеры и дружно двинулись к выходу.

Генерал важно посмотрел им вслед и только в последний момент остановил начальника разведки:

— Герр оберст Кнопф!… Задержитесь…

— Слушаю, экселенц… — Кнопф возвратился к столу.

— Понимаете, Кнопф… — генерал вынул монокль. — Я все-таки опасаюсь, что наши летчики могут проглядеть сосредоточение русских… Леса…

— Понимаю, экселенц… — Кнопф наклонил голову. — Нами уже разработаны дополнительные меры…

— Какие?

— Мы забрасываем в тыл русских три группы.

— Я знаю, Кнопф. И все-таки…

— Важно, с чем мы их посылаем, экселенц.

— Ну?… И с чем же?

— С телефонами и радиостанциями, экселенц. А центральную, ту, что блокирует штаб русских, я приказал обеспечить легким аэропланом.

— Аэропланом? — генерал удивленно посмотрел на начальника разведки. — Как?

— Нашли подходящую площадку, экселенц.

— Значит, вы планируете…