Екатерина Федоровна, тяжело нагибаясь, вновь, как впервые, осматривала плинтусы, двери, столы, чтобы вновь убедиться, что плинтусы отбиты, двери пожелтели, столы поцарапаны.
Светлана Викторовна месяц назад окончила институт и в школе работала первую неделю, и внимательно слушала все, что говорили вокруг: каждая фраза, каждое слово, произнесенное старшим учителем, казалось ей частью новой, взрослой жизни, все таило в себе значимость и важность.
К двум часам учителя собирались в кабинете географии. Тамара Андреевна ставила электрический самовар, а Светлану Викторовну, как самую молодую, отправляли в булочную.
Чай пили долго, с удовольствием, негромко разговаривая. Пили чай со сдобными булочками, с маслом, с конфетами.
Сквозь стекла, высокие и широкие и ничем не прикрытые, щедро лился солнечный свет, и в классе было жарко; Светлане не хотелось ни булок, ни масла, ни сладкого, но она хотела быть частью своего нового и такого важного в ее жизни коллектива и вместе со всеми пила чай и ела сдобу с маслом и конфетами.
Летний рабочий день учителей короток, и, отчаевничав, расходились по домам.
В детском саду был тихий час, и, пока сын спал, Светлана могла сходить в кино или на пляж.
На городском пляже многолюдно, как на курорте.
Стараясь не наступать на чужие вещи и не взбивать песок, Светлана медленно шла вдоль кромки воды и посматривала по сторонам: нет ли знакомых? В былые годы однокурсники проводили здесь все свободное время, а вот она на пляж приходила редко. Едва окончив школу, Светлана вышла замуж за соседского мальчишку, потому что тот уходил в армию, а на границе было неспокойно, и мальчишка уверял Светлану, что предчувствует свою трагическую судьбу и хочет в последний свой миг знать, что там, на родине, в отчем краю его ждет и оплачет и...