Был у нас случай – поймали главаря душманской банды, передали куда следует, а скоро поймали снова на диверсии. Сначала подумали – его по ошибке выпустили в первый раз. Но не прошло и полгода, как его третий раз взяли, и снова он – главарь. Накануне эта банда вырезала в кишлаках несколько семей, сожгла две школы и взорвала мечеть. Солдаты его узнали и привели в кишлак. Дехкане потребовали немедленного суда. И мы судили его военно-полевым судом там же, в кишлаке. И там же расстреляли. Сказать честно, командование пошло на это из опаски, что его снова выпустят из-под стражи. Кто-то явно покровительствовал бандиту. Мы, конечно, обо всём сообщили в органы безопасности и в партийный комитет провинции, но найти истину в подобных случаях не всегда удается.

Солдаты молчали, обдумывая слова афганского офицера. Сколько ещё терпения, мужества и стойкости потребует борьба за новую жизнь от афганских революционеров, таких, как этот молодой офицер с лицом крестьянина и натруженными руками пахаря и воина! Но им всё же легче, чем было нашим дедам – им есть на кого опереться…

Командир подразделения подал команду закончить привал. Советские разведчики тоже садились в боевые машины. Работа по очистке долины от непрошеных гостей продолжалась.

Лейтенанта Шанаева и старшину Скалянского в лагере мы не застали. Об их боевых делах рассказали сослуживцы. Валерий Павлович Коротнюк предложил:

– Я вас познакомлю с Николаем Комаровым. Он сержант, командир отделения разведчиков, по кяризам лазит не хуже Скалянского, на его счету тоже немало душманских трофеев. Или с Владимиром Быстрицким. Старшина, кавалер ордена Красного Знамени и медали «За отвагу». Он, между прочим, участник Всеармейского совещания секретарей комсомольских организаций – огневой парень. Да тут кого ни возьми – личность. Вот хотя бы лейтенант Виталий Гаврилов, молодой политработник. Его у нас недаром душой разведки называют. Или тот же лейтенант Сергей Сурков – исключительного мужества люди.