— Запомни, от этого твоя жизнь зависит, — покачал головой мужчина.

— Забудьте свои прежние имена, — увещевала их женщина.

Маара подумала, что забыть настоящее имя несложно, потому что жизнь, с ним связанная, ушла безвозвратно, жизнь, в которой не надо было убегать, в которой их не томила жажда, а люди жили спокойно и мирно…

— Я есть хочу, — пробурчал Данн.

Взрослые внимательно осмотрели плоский валун, на который выползли пара ящериц и несколько скорпионов. Мужчина подобрал палку и осторожно спихнул эту живность с камня.

Они сели на камень, все четверо. Женщина порылась в большом мешке, привязанном к поясу. Мешок вымок, но пища оказалась столь хорошо упакованной, что лишь слегка подмокла. Женщина вынула два довольно больших белых диска, разломила каждый пополам и дала мужчине, Мааре, Данну, оставив одну половинку себе. Маара откусила и не смогла понять вкуса этого вещества.

— Больше ничего нет, — пояснила женщина.

Данн набил полный рот, жевал, давился, от усердия на глазах у него выступили слезы, лоб вспотел. Маара подумала, что выглядит так же.

— Что не доедите, я спрячу, — сказала женщина. Сама она не ела, следила за детьми.

— Поешь, — велел ей мужчина. — Надо подкрепиться. — Но сам он тоже почти ничего не съел.

— Это… скальных людей? — указал Данн глазами на недоеденный кусок.

Маара удивилась и обрадовалась его реакции. Она знала, что брат ее внимательный и сообразительный, даром что маленький.

— Да, их еда, — кивнул мужчина. — Не нравится? Придется привыкнуть, другого пока не предвидится.

— Другого долго не будет, — подтвердила женщина. Она встала, повернулась к воде. Туда же повернул голову и мужчина. Они долго и внимательно глядели, раздумывали, гадали. Разницы в уровне не замечалось. Толпившиеся на холмах животные, так же как и люди, ждали, когда же наконец отступит большая вода. Поток, теперь более спокойный, все еще проносил мимо кусты и деревья с вцепившимися в ветви большими и малыми животными.