- Дядя! Ты приехал?! - В голосе мальчика была неподдельная радость, и Мердан при всем нежелании не мог ее не почувствовать.

- А ты, я вижу, за курами хорошо смотришь. Мальчик заулыбался, обрадованный.

- Знаешь, дядя Мердан, молоденькие уже несутся! Вот эти, летошние, видишь, все несутся, ни одна не лодырничает!

- Ишь ты! А поклянешься моим здоровьем?

- Клянусь твоим здоровьем! Не веришь, спроси у мамы!

Фаррук ни о чем не подозревал. Разве мог он догадаться, что со вчерашнего вечера дядя думает только об одном: излупить его. Ведь он не знал, что Джульбарса уже нет, и ему было невдомек, что кроется за безобидным разговором о курах. А Мердан растерялся. Вместо жестокого палача, встречу с которым он обдумывал со вчерашнего вечера, явился самый что ни на есть обычный Фаррук, добрый, доверчивый... Прибежал чуть свет, накормил кур, сейчас, радостный, побежит к матери, расскажет о приезде дяди, съест, что дадут, сделает, что велят, и пойдет в школу получать пятерки. Но ведь надо же что-то сделать, надо его наказать, а значит, придется разжечь, разозлить себя. Мердан спустился во двор.

- А ты, оказывается, подлец! - сказал он, подходя к племяннику.

- Почему? - Приоткрыв от удивления рот, мальчик смотрел на него.

- А вот я тебе сейчас покажу почему! - Мердан схватил парнишку за руку и потащил под айван.

- Где Джульбарс? А? Где собака? Что ты с ней сделал?!

Не веря своим глазам, мальчик молча глядел на болтающуюся на столбе пустую цепь; заглянул во все углы, перетряхнул сено... Нескольких секунд, которые он ползал под айваном, достаточно было, чтоб глаза его налились слезами - мальчику до смерти было жаль Джульбарса.