— Правда.

— И не только погода…

Ответа не последовало.

— Джо, ступай сюда, — позвал капрал. — Если мужчина заставляет даму ждать, значит, сердцем слаб…

Джо подошел, все молча взялись за работу.

Миновало несколько дней, неловкость понемногу таяла. Джо по-прежнему был ровен, молчалив, смотрел в сторону и словно оберегал свое достоинство. Мисс Хьюз держалась вольно и уверенно. Альберт был полон озорства.

Любимой темой разговоров у Альберта стал цирк, который ждали в городе в ближайшую субботу.

— Вы пойдете в цирк, мисс Хьюз?

— Может быть. А вы?

— Разумеется. Мы желали бы сопровождать вас.

— Спасибо, без сопровождающих обойдусь!

— Смотри-ка, Джо, нам дают отставку. Уж не хотите ли вы сказать, мисс Хьюз, что наша компания вам не по душе?

— А сколько человек в вашей компании?

— Двое — я да Джо.

— Всего-то? — язвительно спросила мисс Хьюз.

Легкое замешательство выразилось на лице Альберта.

— Как, вам мало? — нашелся он, хотя и не сразу.

— Ей бы вдвое меньше, — глумливо, без всякой тонкости вдруг выпалил Джо.

И Альберт и мисс Хьюз изумленно уставились на него.

— Ну, если дело за этим, — сказал Альберт, — то я не буду становиться на дороге, дружок. — Озорно повернулся к мисс Хьюз и доверительно произнес: — Кстати, Джо хочет знать, что за слово начинается с буквы М?

— Макаки! — отвечала мисс Хьюз, беря лошадей под уздцы.

— А если две буквы — М и X?

— Макаки в хаки! — резанула мисс Хьюз и повела лошадей с пустым возом прочь.

Альберт в легком смятении смотрел ей вслед. Джо густо покраснел и в душе клял Альберта.

В субботу во второй половине дня наши солдаты приехали поездом в город (обратно предстояло возвращаться пешком). В шесть часов перекусили и до половины седьмого гуляли по берегу реки. Здесь, на лугу, и расположился цирк — огромный красно-белый полосатый шатер. Сбоку стояли цирковые фургончики. В одном продавали билеты, вокруг него толпился народ…