- У вас ко мне претензии, командир? - не выдержал затянувшейся паузы Виноградов.

- Если бы у меня были к тебе претензии… - веско наморщил лоб собеседник, - ты сейчас кормил бы собой насекомых. Где-нибудь в лесу, на Карельском перешейке. Они любят мясо с душком.

Тон соответствовал перспективе, поэтому Владимиру Александровичу осталось только непроизвольно сглотнуть слюну.

Ушастый продолжил - несколько мягче, с удовлетворением человека, добившегося желаемого эффекта:

- Просто пришла, видимо, пора побеседовать. Поразмыслить вдвоем, подвести итога… Не возражаешь?

- Что вы! Опыт - это, наверное, самое ценное из того, что за деньги не купишь. - Виноградов почти не лукавил.

- Чужой опыт, - отмахнулся старший, - ни хрена не стоит! Если он сам по себе. Редко кто способен пропустить его через собственные мозги, печенку, ребра… Иначе человечество не крутилось бы тысячелетиями на одном месте!

«Очевидно, - подумал Владимир Александрович,- страсть к философским обобщениям - категория возрастная. Каждого, кто дожил до седин и геморроя, вечно тянет поделиться с окружающими секретом, как он этого добился».

Вслух, однако, пришлось почтительно заверить:

- Я постараюсь сделать выводы.

- А куда ты денешься…

Работать с ушастым было чертовски интересно и поучительно, но приятным этот процесс назвать не решились бы даже самые ярко выраженные подхалимы. Впрочем, таких в команде не держали.

- Итак! - Старший по званию, возрасту и положению вдруг сменил тон. Взялся было за одну из брошенных им на столик газет, но передумал. - Нет, об этом позже…

Покосившись на свой сейф, он решил обойтись без записей:

- Сколько вы уже с нами?

- Второй год.

- С декабря! - уточнил собеседник. - Довольны?

Переход на «вы» мог означать что угодно. Виноградов все никак не мог найти удобную позу, раздумывая, можно ли закинуть ногу на ногу. В конце концов он ограничился тем, что сдвинулся несколько назад, расположив руки вдоль подлокотников.