Вслух же пришлось ограничиться строгим:

- Федеральная аккредитация! Спецгруппа по экстренной подготовке эфира.

Обычно такие невразумительные фразы производили впечатление посильнее пропусков-«вездеходов», но на этот раз постовой оказался не робкого десятка.

- Не положено. Сейчас, подождите, старший подойдет.

- Да брось ты…

- Не положено! - Сержант категорически не желал оставаться в дураках. Поправив съехавшую набок каску, он загораживал проход, как все триста спартанцев одновременно.

- Хорошо, как скажешь.

Наблюдавшие издали за этой сценкой многочисленные корреспонденты встретили неудачу собратьев по перу одобрительными аплодисментами.

- Эй, Виноградов! И тебя развернули?

- Топайте сюда, коллеги!

- Это возмутительно… Нарушают свободу печати, верно?

- Мы будем жаловаться генералу! Я его лично знаю.

Оставалось только скрипеть зубами и сулить своим спутникам близкие дисциплинарные взыскания.

- А я чего? Я не обязан! - вяло огрызался фотокорреспондент. Пахло от него вчерашним пивом.

- Я тебе покажу - «не обязан»! В твоем виде только репортажи из жизни педерастов делать… Тоже мне, акулы пера.

- Товарищ майор, - посочувствовал постовой, - вы-то можете пройти, пожалуйста! А эти - пусть обратно, за барьерчик вернутся. Начальство ругается…

- Поняли? - Все-таки погоны на плечах изредка давали определенные преимущества. Даже если ты в штатском…

Пространство перед Юго-Восточным рынком надвое рассекала желтая линия металлических секций. Вдоль образованного ими барьера выстроились хмурые мальчишки в милицейской форме - внешнее оцепление. Тут и там то и дело возникши офицеры: ротные и взводные командиры с прокуренными голосами и лицами деревенских педагогов. Виноградов знал: местная войсковая часть Министерства внутренних дел только недавно с потерями вернулась с Кавказа, и теперь ею затыкали все дыры на массовых мероприятиях.