«Нет, это не для меня, – думает Максим. – Разве сладишь с этими цифрами, тут нужно соображать.

Идет дальше и останавливается перед другой лавкой. Там мастеровой с черными от работы руками, в мокрой от пота рубашке бьет молотом, который, пожалуй, тяжелее вьючного седла, которое Максим носил еще вчера.

«Нет, это тоже не подходит, – думает Максим, – чем браться за такую работу, лучше бы мне ослом остаться».

Максим идет дальше и останавливается перед большим зданием какой-то канцелярии, заглядывает в раскрытое окно и видит: за столом, заваленным бумагами, сидит человек; за ухом у него перо, перед ним чашка кофе, а в руке сигара; он потягивает кофе, выпускает изо рта кольца дыма, провожает их взглядом до потолка и весело смеется, если кольцо получается удачным.

– Скажите, пожалуйста, что делает этот человек? – спрашивает Максим какого-то прохожего.

– А то, что видишь!

– А что, у него ремесло такое?

– Да, – говорит прохожий.

– А как оно называется, это ремесло? – спрашивает Максим с любопытством, потому что это занятие понравилось ему больше всего, что он видел до сих пор.

– Он чиновник.

– Хорошее ремесло! – вздыхает Максим.

Он входит в большое здание. Ему говорят, что это канцелярия окружной полицейской управы,

Войдя, он сперва мелет какую-то чепуху, а затем, с большим трудом подобрав слова, покорно, очень покорно, совершенно покорно просит о маленькой службишке.

Господин начальник, старый, но умный человек. смотрит на него через очки и протяжно произносит только одно слово:

– Однако!

Максим сгибается еще ниже, на глазах его выступают слезы, он хватает руку господина начальника и целует ее.